Масаи выходят на льва с одним лишь копьем. Часть 2

Масаи выходят на льва с одним лишь копьем. Часть 2


В одно время по земле масаев прокатилась сильная эпидемия, во время которой погибло большое количество скота. Львы сначала поедали только павших животных, а затем переключились на живых. Масаи терпели от этого огромные убытки, теряя не только скот, но и лучших воинов, которые, сражаясь со львами, зачастую гибли если не от когтей хищников, так от заражения крови. На помощь масаям для уничтожения львов прибыл известный охотник. Джон Хантер. Масаев его приезд позабавил, они недоумевали, что может сделать против льва человек с одним только ружьем. Порекомендовав также прихватить и копье, масаи вызвались подстраховать Хантера. И не напрасно — Хантер не успел даже вскинуть ружье. Масаи же в этом бою демонстрировали невероятные примеры мужества, силы и выносливости. Вот как пишет Хантер:

«В один миг с полдесятка копий воткнулись во льва. Я видел, как одно из них впилось в плечо, и в тот же миг, прорвав шкуру, вышло из другого бока. Но это не остановило льва: на его пути стоял самый молодой моран, которого впервые взяли на охоту. Мальчик и не думал уклоняться: он весь собрался, чтобы принять удар, держа перед собой щит и слегка откинувшись назад, намереваясь со всей силой воткнуть копье. Лев бросился на него.

Одним ударом, словно картонку, зверь выбил щит из рук молодого морана. Затем лев стал на дыбы, стремясь вытянутыми лапами обхватить юношу.

Молодой воин на два фута (60 см) вогнал копье в грудь льва. В один миг все остальные мораны окружили погибшего зверя... Я осмотрел раненого юношу. Ему были нанесены действительно страшные раны, а он, казалось, относился к ним совершенно безразлично. Я зашил его раны иглой и ниткой; он обратил на это внимание не больше, чем, если бы я похлопал его по плечу... Он, безусловно, был удостоен высоких почестей в тот день, и молодые девушки заглядывались на него с восхищением».

Необычайной терпеливостью и выносливостью масаев восторгается и Карл Экли. Он рассказывал, что однажды, работая с кинокамерой, увидел, как масаи несли юношу, лицо которого было покрыто его собственным скальпом, содранным леопардом. Следом несли и умерщвленного юношей хищника. Карл Зкли стал оказывать неотложную помощь: обрил голову наголо, пристроил скальп и стал зашивать рану. Молодой масаи при этом «был в полусознательном состоянии и только однажды спросил своих чернокожих товарищей, что я с ним делаю. Я успел довести операцию почти до конца, когда он окончательно пришел в себя. Когда на следующее утро я хотел отослать его на поправку домой, он взволновался и с недоумением спрашивал, за что его рассчитывают, ведь он не сделал ничего худого. Раны, по-видимому, нисколько не беспокоили его, да и товарищи не придавали им особого значения и обращались с ним, как со здоровым».

В другой раз Карл Экли был свидетелем, как львица наткнулась на одиночного бойца-масаи, совсем юного: «Мы потеряли его из виду, и когда снова нашли, он лежал на спине, прикрывшись щитом. У него была всего одна рана от укуса в ногу. Убитая львица лежала невдалеке от него. Таким образом, он в одиночку, не имея иного оружия, кроме копья, справился с львицею и заслужил освящен­ную обычаем награду — головной убор из львиной гривы».

Наблюдая, как ловко масаи справляются с хищниками, молодой француз Жан-Пьер Алле загорелся желанием постигнуть их премудрость, а одновременно доказать гордому и высокомерному народу, что белый человек тоже не лыком шит. Алле уговорил масаев тренироваться вместе с ним, помочь ему освоить их главное оружие — копье.

Долго не соглашались масаи брать белого воина на традиционную охоту, но все же уступили. Льва выследили, окружили со всех сторон, и француз, вооруженный двухметровым копьем и огромным обоюдоострым ножом, вступил в круг. Как дальше происходила эта битва со львом, рассказывает сам Алле:

«Я сделал шаг левой ногой вперед, слегка пригнулся и отвел еще дальше назад руку с копьем. Задние лапы зверя дрогнули, и он стал бить хвостом. Воины прекратили крики и затаили дыхание. Лев прыгнул на меня, как кот прыгает на мышь. Я не ощутил страха, а лишь громадное возбуждение. Я нацелился копьем и, дождавшись высшей точки траектории полета зверя, метнул его со всей силой. Когда они встретились в воздухе, я бросился в сторону. «Дев приземлился точно в том месте, где я находился доли секунды назад. При приземлении от удара о зейДлю тяжелого древка наконечник вонзился еще глубже. Лев попытался дотянуться до меня, воя от боли и ярости. Я осторожно отступил, вынув из ножен меч. Не раздумывая, он бросился вперед, пытаясь достичь меня. Его когти беспомощно заскребли по лезвию меча, глубоко вошедшего в грудь. Он упорно пола за мной еще метров десять. Вслед за нами переметался круг воинов. Затем лев повалился на бок. Его тело вытянулось, пасть раскрылась, глаза потускнели. Все было кончено».

Зарекомендовав себя смелым и находчивым, Алле стал членом племени и получил прозвище Арем, что на языке масаи означает «копье».




Ветеринария

Интересное

Выставки

 
Rambler's Top100

©2006-2016 PetsHealth.ru

Данный сайт носит информационный характер и ни при каких условиях не является публичной офертой, определяемой положениями Статьи 437 ГК РФ.